День 850-летия Москвы (7 сентября 1997г.). Воскресенье. Красная площадь, Исторический Музей.

'Концерт этнического рока' начался с опозданием: ждали Паваротти. Чайф выступал последним, около 10 вечера, а в 10 салют. А до этого времени звучали большей частью народные мелодии крайнего севера и южного Израиля. Создалось впечатление, что музыканты играли для себя. Где-то вначале Чиж немного оживил обстановку, но настроение поднял лишь ненадолго. Предпоследними был А.Ф.Скляр, с 'маршрутами', 'эльдорадо' и чем-то еще. Зрители оживились. А затем появились Чайфы. Казалось, что ждали именно их. Шахрин сказал: привет матушке Москве от батюшки Урала, мы выпендриваться не будем (чем занималось большинство на сцене), отвесил поклон и спел 'Ой-йо'. А потом: ну вы наверное замерзли (дождик все таки накрапывал), надо бы разогреться, и вдарили по 'Рок-н-роллу этой ночи'. А на третью песню времени не хватило. На последнюю песню вышла большая толпа как певцов так и музыкантов. Был там какой-то то ли негр, то ли бразилец с большим барабаном. Чайф со сцены не ушел, подыгрывал. Салют прогремел во время песни, и зрители стояли спиной к сцене. Это, наверное, и не понравилось Шахрину. Или он был расстроен, что не спел третью песню. Или желал людям добра и хорошего настроения. Но после того, как отзвучала последняя нота во время чьих-то прощальных слов он отобрал у несчастного барабанщика палочку и постучал ею в его (несчастного) барабан. Это был самый яркий момент концерта. О 'бедном бразильце' вспоминается и сейчас.

Никита Платонов.